В Днепропетровске. Подробности.

Hiroshi Sugimoto, 1976 (верхняя), 1994 (нижние).

«Осенью 1938 года я был студентом второго курса Московского Юридического института. На втором курсе у юристов первая практика, ознакомительная. …
— Сегодня иду описывать имущество жулика. Выдает себя за писателя. Заключил договоры со всеми киностудиями а сценариев не пишет. Кто хочет пойти со мною?
— Как фамилия жулика? – спросил я.
Исполнител полез в портфель, покопался в бумажках и сказал:
— Бабель Исаак Эммануилович.
Мы вдвоем пошли описывать жулика»
Б. Слуцкий «О других и о себе»:

«Искусство его вымогать «авансы» — изумительно. У кого только не брал, кому он не должен, — всё под написанные, готовые для печати новые рассказы и повести. Получив с журнала деньги, Бабель забежал в редакцию на минутку, попросил рукопись «вставить слово», повертел ее в руках и, сказав, что пришлет завтра, — унес домой, и вот четвертый год рукописи «Звезда» не видит в глаза. … Под эти рассказы он взял деньги — много тысяч — у меня, в «Красной нови», в «Октябре», в «Звезде» — и еще в разных местах. Ухитрился даже забрать под рассказы пять тысяч в Центросоюзе. Везде должен, многие имеют исполнительные листы, — но адрес его неизвестен».
(В. Полонский «Моя борьба не литературном фронте»)

«Еще в 1930 году Бабель заключил с Гослитиздатом договор на сборник новых рассказов, С тех пор договор переписывался, „освежался“, многократно отсрочивался, но книга автором не представлена и по сей день. Творческая пауза у Бабеля несколько затянулась… Можно уж справлять десятилетний юбилей плодотворного молчания».
(Лежнев. Правда 1936 год).

«Гражданин народный комиссар. … с болью чувствую я, как возвращаются ко мне вдохновение и силы юности, меня ждет жажда работы…»
(И.Бабель, письмо из камеры, за четыре месяца до суда и расстрела).

Edel Rodriguez, Adam McCauley, Paul Blow и другие.

Steve Mills, холст/масло. Триумф фотореализма, вторая (или 102-ая) крайность наших дней: искусство, опущенное до оптического фокуса. Живописец, как деревенский дурачок (текущие слюни, репейник в волосах, тупой взгляд), наизусть цитирующий Британскую энциклопедию.

22 января, в воскресенье, в 18-00 в арт-центре «Квартира» (Красная площадь, 3-1) — открытие выставки Михаила Рытяева и Алексея Шпака «Мистерия Махно: о свободе, войне и смерти».

Так сказать, почувствуй разницу.
Александр Гнилицкий, 1991, холст, масло, 200х150 см.

В общем-то, это совсем не секрет, примеры можно множить и множить. И вряд ли даже кто-то покраснеет, или станет оправдываться. Ведь для этого нужно хоть к чему-то относиться серьёзно, а искомое качество у большинства давно высохло и отвалилось. Единственное имя из списка, вызывающее возражение — Жанна Кадырова. Но это, думаю, и так очевидно.

Lucas Cranach der Ältere, Меланхолия, обе — 1532. Увеличиваются.

С чем и поздравляем!



( Читать дальше )

Севастополь, Балаклава, Южный форт, Бочка смерти.



( Читать дальше )

Невьянская икона. Между 1832 и 1837 г.

«Любое искусство — не от избытка чего-то, а от недостатка. И ты пытаешься это компенсировать подручными средствами. У тебя нет ног — ты катаешься в инвалидной коляске, никелированной, с огоньками, с моторчиком. А мальчишки, бегая по зелёной травке, смотрят на тебя и завидуют.»
Вверху: «Лукреция».


Работы и текст: Алексей Колесников, Киев. Техника — гуашь.

( Читать дальше )

Святой Георгий и дракон, современная греческая икона.

«Что бы тогда сталось с людьми? О, конечно, сперва все бы пришли в восторг. Люди обнимали бы друг друга в упоении, они бросились бы изучать открытия (а это взяло бы время); они вдруг почувствовали бы, так сказать, себя осыпанными счастьем, зарытыми в материальных благах; они, может быть, ходили бы или летали по воздуху, пролетали бы чрезвычайные пространства в десять раз скорей, чем теперь по железной дороге; извлекали бы из земли баснословные урожаи, может быть, создали бы химией организмы, и говядины хватило бы по три фунта на человека… – словом, ешь, пей и наслаждайся.

( Читать дальше )

Наш Бог рождается в мир! какой облом, пассаж,
Как некстати! Мы почитаем Тебя, но слезно молим при этом:
Не приближайся, просим Тебя, Пантократор наш,
Не выжигай нашу тьму Своим Человеческим светом!

Оставайся Священносвятыней, оставайся Творцом,
Вселенским Разумом. Императивом, на седьмом небе Аллахом –
Но не будь Ты нами, не лезь в наше интимное, не читай через плечо, не дыши в лицо,
Мы при Тебе стесняемся, — ну выйди, пожалуйста…!

Будь молох, маниту, ктулху, будь высший суд – но только не Человек!
Фимиам Тебе воскурим, поклонимся ниц, воздымем иконостас Тебе ввысь верст на триста,
Сотворим из тебя 3D-статую, в златую укутаем ризу, увековечим навек…
Наш Бог рождается в мир – и мир заглядывает в колыбель, снизу вверх,
Подобострастными лихорадочными глазами таксидермиста.


Сергей Круглов

2.01.2012.

Новый проект Исупова Ильи.



( Читать дальше )

Я — уже нашёл. Это есть анекдот такой, про молодого и старого акына. Молодой вышел такой на конкурсе и шарит по всему гитарному грифу. А старый сидит и на своей однострунной так — брын-брын-брын. Ему говорят: «Да ты посмотри, как молодой-то!» А он отвечает: «Он ищет, а я уже нашёл». Так и я — нашёл.

Несколько месяцев тому назад Александром Кочубеем (Студія Мистецьких Ініціатив) совершенно случайно найден считавшийся утраченным архив Николая Троха (1961 — 2007) — постоянного автора и идеолога журнала «Наш», лучшего фотографа Украины 90-х, непримиримого антипода глянцевой мертвечины 2000-х. Старый чемодан, набитый негативами, много лет хранился у дворника

( Читать дальше )

Vittore Carpaccio, St.George & the Dragon, 1502-08.

Фото: Александр Сенников.



( Читать дальше )

Художника нельзя отвязывать от мольберта, выпускать в толпу: в «норме», среди людей — он ужасен. Биография Цветаевой омерзительна, дневник Тарковского — исповедь мизантропа, «деятели искусства» на миру — истерящие кликуши. Смирись с тем, что не такой, что урод — и плати СВОИ долги. Не лезь к людям — у них ДРУГАЯ жизнь.